«Он будет таскать души из ада!» (продолжение)

0 комментариев | Обсудить
25.10.2019 | Категории: Без рубрики

OLYMPUS DIGITAL CAMERA       
        «Он будет таскать души из ада!» (продолжение)
       
        Новый скитоначальник твердой рукой уплатил долги, отремонтировал скит, обновил ризницу, устроил библиотеку. Он умел строгость соединять с нежно-любовным отношением к скитской братии, был полон забот о них. Конечно, теперь вовсе не стало у него покоя. Часто припоминал он сказанное старцем Амвросием: «Монаху простому нужен терпения воз, а настоятелю – целый обоз».
       
        И снова тяжелейшая скорбь, на грани человеческих сил: несмотря на великие духовные дарования старца, нашлись недовольные его деятельностью: жалобами и доносами преподобный Варсонофий был удален из Оптиной.

Вот что говорил он сам по этому поводу: «Началось с того, что были доносы на отца архимандрита Ксенофонта о порубке лесов; скит был в стороне, так как дело касалось монастыря. Доносы были ложны, леса оказались целы. Скит вступился за архимандрита и его отстоял. Тогда враг напал на грешного игумена Варсонофия и, как видите, изгнал его из Оптиной Пустыни. Приехал архиерей из какой-то чужой епархии, начал производить ревизию монастыря, а затем побывал и в скиту. Сказали ему, что у нас давно старчество… Тогда он решил, якобы для насаждения старчества в других местах, перевести меня в заброшенный монастырь в Коломну. Воле Святейшего Синода я повинуюсь как воле Божией, но просил себе милости оставить меня здесь простым монахом, но было отказано. Верно, так угодно Господу, и я спокоен».

Сборы старца, не имевшего почти никакого имущества, были недолгими. Он говорил духовным чадам: «Немного вещей беру я с собою: образа все остаются, а из картин возьму только портрет великого старца и духовного благодетеля моего отца Анатолия и батюшку отца Амвросия. Остальное останется так, как было».

Мужественно перенося скорбь от разлуки с любимой Оптиной, старец принялся за благоустройство вверенной ему обители, крайне расстроенной и запущенной. Около года управлял старец этим монастырем. Ему было 68 лет, но организм его был подточен скорбями, многочисленными трудами и заботами.

Духовное чадо старца отец Феодосий писал о последних месяцах его жизни – феврале и марте 1913 года: «Между тем как православный верующий народ стекался к старцу за получением облегчения не только душевных, но и телесных недугов, самого батюшку подтачивал в это время лютый недуг. Давно уже, свыше 20 лет, напал он на батюшку и с тех пор не оставлял его до гроба… Непрестанные батюшкины заботы о Голутвине, многочисленные огорчения, переутомление и часто совершенное изнеможение в непосильных трудах с каждым днем усиливали его недуг…»

Батюшка не прекратил приема народа, хотя силы его с каждым днем заметно падали. Народ он принимал до 13 марта, а жить ему оставалось чуть более двух недель. Уже умирающий, изнемогавший от боли, он не мог отказать страждущим и ищущим старческого окормления и утешения.

22 марта, за неделю до смерти, старец написал прошение митрополиту Московскому Макарию, где просил «об увольнении от должности настоятеля Старо-Голутвина монастыря с переводом в число братства скита Оптиной Пустыни». Он мечтал закончить свои дни в любезной сердцу Оптиной и с надеждой говорил своему письмоводителю, иноку Иоанну (Беляеву): «Как получу увольнение, поедем все в Оптину, там я и сложу свои кости».

Но ему становилось всё хуже. Страдания старца во время предсмертной болезни были поистине мученическими. Отец Феодосий вспоминал: «Громадная опухоль у горла, появившаяся недели за полторы до смерти, очень препятствовала дыханию. Батюшка часто поименно призывал, кроме святых угодников Божиих и Божией Матери, к Которой имел детскую любовь, также и всех Оптинских старцев». Понимая, что это конец, отец Варсонофий отказался от помощи врача и какой бы то ни было пищи, он лишь повторял: «Оставьте меня, я уже на кресте…» Причащался старец ежедневно. Утром 1 (14) апреля батюшка тихо вздохнул и почил. Лицо его, по словам келейников, «приняло выражение необыкновенной кротости, смирения и радости».

Сквозь годы и пространство доносится до нас голос великого Оптинского старца, преподобного Варсонофия, который утешает нас с любовью как своих духовных чад во всех скорбях нашей жизни.

***

Скорби неизбежны в нашей жизни

Преподобный Варсонофий напоминал своим духовным чадам о неизбежности скорбей в человеческой жизни:

«Скорби неизбежны, хотя и хотели бы мы миновать их. Жизнь представляется нам в виде белой полосы, на которой черные точки – скорби, от которых нам желательно поскорее отделаться, а на самом деле жизнь есть черная полоса, и на ней рассеяны белые точки – утешения. “В мире скорбни будете, – сказал Христос, – но дерзайте, яко Аз победих мир”».

«Когда вы находитесь в хорошем, благодушном настроении – ждите бури. Так почти всегда бывает… Всякому доброму делу или предшествует, или последует искушение».

В нашей жизни скорби и радости сменяют одна другую:

«…не смущайтесь и не бойтесь скорбей. Скорби и радости тесно соединены друг с другом, так что радость несет скорбь и скорбь – радость. День сменяет ночь, и ночь сменяет день, ненастная погода – вёдро; так и скорбь и радость сменяют одна другую».

Скорби – это наш крест

Преподобный Варсонофий подчеркивал, что у каждого человека есть свой крест и спастись без креста невозможно:

«У каждой из вас есть свой крест, но пусть никто не думает, что у нее крест тяжелее, чем у другой, может быть, та, которая так думает, ошибается и несет более легкий крест. Надо потрудиться для Царствия Небесного».

Старец замечал:

«Если плохо живешь, то тебя никто и не трогает, а если начинаешь жить хорошо – сразу скорби, искушения и оскорбления. Необходимо переносить смиренно оскорбления, наносимые другими, и вообще скорби».

«Мало того, чтобы перенести оскорбление, надо позаботиться и о том, чтобы не озлобиться на нанесшего оскорбление».

Особый наплыв скорбей

Преподобный отмечал, что непрестанные скорби – признак особого Божия промышления о человеке:

«Непрестанные скорби, посылаемые Богом человеку, суть признак особого Божия промышления о человеке. Смысл скорбей многоразличен: они посылаются или для пресечения зла, или для вразумления, или для большей славы. Например, заболел человек и скорбит об этом, а между тем этою болезнью он избавляется от еще большего зла, которое он намеревался сделать».

При особом наплыве скорбей старец советовал:

«При наплыве скорбей надо говорить себе: “Наверное, я достоин всех этих скорбей. Значит, все они нужны, чтобы очистить меня от страстей, а наипаче – гордости”».

Помыслы страха о предстоящих скорбях

Иногда мы очень страшимся будущих неприятностей, скорбей, и этот страх оказывается тяжелее, чем сами реальные неприятности. В таких случаях преподобный советовал:

«Когда беспокоят помыслы страха о предстоящих скорбях, то не надо входить в разговор с ними, а просто говорить: “Да будет воля Божия!” Это очень успокаивает».

Терпение в скорбях

Напоминал старец и о терпении:

«Надо терпеть, а за терпение Господь утешит».

«Скорбями испытывается наше терпение и смирение. Молись Богу о помощи и терпи. Чего Господь не попустит, того быть не может».

«Эту радость о Господе не сможет преодолеть никакая скорбь»

«Много горечи в жизни: неудачи, болезни, бедность и так далее. Но если человек верует в Бога, то Господь и горькую жизнь может усладить».

«Не надо унывать, пусть унывают те, которые не веруют в Бога, – для тех, конечно, скорбь тяжела, так как кроме земных удовольствий они ничего не имеют. Но людям верующим не должно унывать, так как скорбями они получают право на сыновство, без которого нельзя войти в Царство Небесное».

«Скорби всегда будут. Но внутреннее состояние человека будет другое… Хотя скорби и будут, но достигший внутренней молитвы будет легко их переносить, ибо с ним будет Христос. Он будет наполнять неизреченной радостью сердце подвижника, и эту радость о Господе не сможет преодолеть никакая скорбь».

Преподобне отче Варсонофие, моли Бога о нас, грешных!

<-- -->
Прочитано: 35 раз
Поделиться с друзьями
Популярные статьи:

Отправить комментарий

*